Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
23:57 

15. Мельница

Тень Черного Зверя
Зверь всегда видит больше.
Каждое лето родители Тимки проводили несколько недель в деревне. Деревушка была сплошь дачная, не столько деревня, сколько посёлок. Ухоженные, кирпичные домики, наглая смородина и малина, тянущая зелёные цеплючие лапы из-за заборов, ровные, посыпанные песком дорожки. Чисто. Дачно. Скучно. Только у берега небольшой, прыткой речки Вилюйки было интересно. На реке стояла старая мельница.
Приземистая, нахохлившаяся. С прогнившим и замершим колесом. Река весело, заливисто пела, словно радуясь, что много лет назад кончился её пруд. Тимуру хорошо рыбачилось с обломков колеса. Правда, юркие плотвички и колючие, как ежи, ёршики попадались редко. И рыболов этому даже радовался. Удить рыбу было жаль, но азарт и скука неизменно приводили Тимура к мельничному колесу. Оно жалко накренилось, образовало что-то вроде насеста над рекой. Если уж заберёшься туда, то никто и не достанет. Разве что придёт с мельничной низко нависшей стрехи ничейный рыжий кот, прозванный Полковником за важность и пышные усы. Сядет рядом, и смотрит, то пристально на поплавок, то неодобрительно- на горе- рыболова. Всё, что поймалось, Тим отдавал коту. А удочку прятал в кустах дикой малины на берегу. Родители запретили ему ходить к реке. Боялись, что их сын утонет. Как можно было утонуть в мелкой, по горло в самом глубоком месте, речушке, Тимур так и не понял ни тогда, ни позже. А уж если бы родителям стали известны его вылазки внутрь мельницы, скандал и домашний арест в пыльном летнем городе были бы обеспечены. Мальчишку мельница привлекала своей непонятностью. Чуждостью. Тимур знал, что хмурое, нахохлившееся над светлой речкой строение обеспечивало округу мукой. Но разглядывая мельничный ворот, жернова, и жёлоба для муки и зерна, он очень смутно представлял, что творилось на мельнице, когда она была жива. Если ему случалось заснуть среди наполненной зелёным летним светом и пылью тишины старой мельницы, он иногда видел во сне перепачканных в муке работников, суетливых крестьян, и телеги, запряжённые косматыми, неказистыми лошадьми. Казалось, мельница тоже спит, и делит с Тимуром свои сны. Спит, покряхтывает по стариковски, и боится того часа, когда от речной сырости обрушатся поточенные ходом лет и жучками доски. На мельнице было грустно. Время там двигалось неторопливо, словно капля слюды. Оно заставляло шустрые минуты, часы и дни плыть медленно. Лето длилось. Время с исцарапанными коленками и руками, перепачканными тёмным, ягодным соком. Тимур не умел грустить о том, что лето и время проходит. Десятилетние не знают такой грусти. Они поглощают события и время жадно и быстро, словно обирают куст соседских ягод. Торопятся. Им ещё есть куда. У них впереди много времени, целая тысяча жизней и лето в запасе.
И Тим жадно прожил то лето в свой одиннадцатый год, он был уверен, что ничего не изменится. Что и на следующий год он увидит старую мельницу, нахлобученную на берег звонкой речки, и дикую малину, и рыжего кота… Но на следующий год семья Тимура поехала отдыхать к морю. А потом и вовсе осталась в городе. И мельница с её снами и пыльным, летним духом стёрлась и потускнела в памяти.
Много лет спустя, когда никто уже не называл его Тимом , а только Тимуром Алексеевичем, это воспоминание ожило. Над головой раскинулся праздничный, невероятный закат поздней весны в Окситании. Небо словно раскрашено безумным и счастливым художником, в молодой траве как капельки алой краски пестрят маки. А над яркостью и беззаботностью неба и трав возвышается ветряная мельница. В лучах закатного солнца она была чёрной, суетливо вращались лопасти. Тимуру пришло сравнение с огромной растрёпанной птицей, которая собралась лететь, и сама не знает, куда. Показалось, что вот сейчас громадина оторвётся от земли, подхватит его, и отнесёт в давно забытый посёлок, с соседскими кустами ягод, рыжим котом и увёртливыми рыбёшками.
Даже если стоит посёлок, то нет уже ни рыжего Полковника, и в реке плавают совсем другие плотвички. Другие мальчишки удят рыбу с обломков мельничного колеса. И старая мельница совсем сдала. Может, и нет её. Как нет больше тимурова детства. Ветряная мельница согласно махала крыльями, и всё так же откладывала свой полёт.
11.7.2016

@настроение: писать странное

@темы: моя проза, 365 текстов

URL
Комментарии
2016-07-12 в 09:42 

Нуремхет
дикий котанчик
Грустная история вышла, даже плакать захотелось. Жаль мельницы, жаль кота, и всего такого хорошего, что ушло, жаль.

2016-07-12 в 14:51 

Тень Черного Зверя
Зверь всегда видит больше.
Нуремхет, она и задумывалась как история про память, про ценность момента. Такие истории всегда грустные. Но это хорошая грусть.
А кота почему жаль? Ничего плохого с ним не случилось. Прожил весь отмеренный ему срок. И неплохо прожил, наверное.

URL
2016-07-12 в 15:35 

Нуремхет
дикий котанчик
Так и мельница вроде неплохо пожила, а все равно жаль того, что уходит.

2016-07-12 в 18:42 

FreeRider13
Тень Черного Зверя, да, это светлая грусть. И сердце сжимается. Действительно жаль, что все вот так проходит. Но чувство благодарности к прошлому сильнее грусти) Спасибо тебе. О подобном стоит вспоминать.
Этот текст очень цепляет.

2016-07-13 в 11:41 

Айвин
Маленькая девочка с тягою к Танатосу (с) Ход часов не изменить рабам железных стрелок.(с) Покажи мне как это мечтать в черно-белых тонах..(с)
И сразу свои детские моменты вспомнились. И так приятно стало, что они были. И ведь их много красивых моментов, ну или не очень красивых. Спасибо за светлую грусть

2016-07-13 в 15:54 

Тень Черного Зверя
Зверь всегда видит больше.
FreeRider13, Айвин, очень приятно, что эта небольшая зарисовка оказалась живой.

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Волчьи тенета

главная