Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: соавторство (список заголовков)
02:18 

Цветок на болоте

Зверь всегда видит больше.
Ночь затопила лес как-то сразу, в один миг. Только что над кронами рдели отблески солнца, и вот уже полная, крутобокая луна пробирается сквозь плотную темноту.
Марин встретил пришедшую ночь в самой глухой чаще, какую только смог отыскать, не удаляясь от замка. В развилку старого, замшелого бука молодого вампира загнали страх и обида на наставника.
читать дальше

@музыка: Stoa

@настроение: творить и вытворять

@темы: вампир, внутренний лес, моя проза, ночь, румынские сказки, соавторство

20:48 

Суд господаря

Зверь всегда видит больше.
Сон Марина был пронизан ароматами и звуками леса. Вековые исполины тянули зеленые ветви в прохладную черноту не- мертвого сна. Как отголосок дорогих духов на руках остался резкий волчий запах. Марину думалось сквозь сон, что он сейчас живее, чем до обращения. Мир лежит перед ним, как ларец с драгоценностями : бери, что пожелаешь. Удовольствие. Власть. Силу.
Молодому вампиру только предстояло узнать, что в волшебном ларце достаточно такого, о чем он не хотел бы ни знать, ни вспоминать.
Влад разбудил своего ученика рано. Солнце еще стояло в небе, хоть и у самой кромки гор. Правда, светило было укутано в темные, грозовые тучи. Едва стряхнув остатки дремоты, Маринель с трудом подавил желание забиться от наставника самый дальний угол подвала. Какой-то веселой, совсем не человеческой жутью веяло от Влада. Мрачным, нетерпеливым огнем полнился изумрудный взгляд, а в зрачках трепетала голодная тьма. Одеяние господаря было одновременно строгим и пышным. Черный бархат казался жестким и неподатливым от золотого шитья. На груди господаря хищно разевал пасть геральдический дракон. Вместо глаз неистовой злобой наливались два крохотных рубина. Наряд Влада довершала небольшая щегольская шапочка с крупным серебристо- черным пером , через руку был перекинут длинный плащ из тонкой темной кожи.
Влад коротко приказал Маринелю собраться и ждать его во дворе замка. Теряясь в догадках, юноша спешно приводил себя в порядок. Негоже, если ближнее лицо самого господаря одето ровно ярмарочное чучело…
Во дворе, кроме самого Влада собрались еще шесть гайдуков. Значит, дело господарское, важное. По тайным тропам Влад пошел бы один, на войну или на охоту отрядил бы больше людей. Остается только одно : господарский суд. При мысли об этом Маринель вздрогнул. А чего хотел? Не сейчас, так потом.
Маринель быстро шел по горной тропе прочь от замка, спускаясь в долину. Как их отряд миновал замковый двор и калитку в воротах, он не помнил. Слишком ушел в свои мысли. Перед спуском в долину тропа стала шире и удобнее. Там их уже ждал еще один гайдук с лошадьми. Влад легко поднялся в седло, что-то проворчал, наблюдая, как Марин путается, разбирая поводья, и решительно прихватил их в горсть, тронул коня размашистой рысью. Смирный, лохматый конек Марина едва поспевал за остальными лошадьми. Жалостно тянул шею. Спотыкался, ронял хлопья пены с боков. Куда ему было до породистых скакунов? Маринелю было и стыдно, и жалко. То ли себя, то ли нескладного конька. Дурные предчувствия грызли сердце. Непогода шла по пятам- вот- вот ударит ливень.
В небольшой деревеньке у самого входа в долину их встретили староста и разряженные как на воскресную службу крестьяне. Только лица у всех были такие, что и на похоронах веселее встретишь. Староста кланялся, что-то бормотал, крестился и мял шапку. Полумертвая от ужаса девушка лет пятнадцати поднесла Владу кубок с молодым вином. Господарь кубок принял, но передал одному из гайдуков, даже не пригубив. Первая деревенская красавица от ужаса лишилась чувств. Влад тронул коня, и тот, высоко вскидывая ноги, словно в танце перешагнул хрупкое тело. Старший гайдук прикрикнул на крестьян, чтоб оттащили девку с дороги. Стопчут же конями…
Маринеля тошнило то ли от тряской езды, то ли от страха. Ему казалось, что и страх, и тошноту он оставил в смертной жизни. Оказалось иначе. На общинном выгоне уже были приготовлены колья. Белые, страшные, ровно голые кости.
Звонко, истерично ржали напуганные суетой лошади, звенели упряжью. Глухо ворчали пригнанные из деревеньки крестьяне. Никому суд не сладок, а смотреть придется.
Влад словно закаменел в седле. Не дрогнул ни один мускул под кожей. Только заметно трепетали крылья носа. Привычный ко всему конь тихо стоял на одном месте. Даже ногой не топнул.
Марин звонким и словно чужим голосом зачитал приговор цыгану- конокраду и нескольким селянам, которые осмеливались говорить о своем князе несообразное и противное церкви.
«Так бы и писали : «вампир »- подумал Маринель. Кто ему слово поперек скажет? Осмелившимся один путь : воронье кормить.
Тем временем гайдуки привычно и равнодушно управлялись с кольями. Так, словно скотину к зиме кололи. Маринель почти терял сознание от страха и отвращения. От запаха боли, надежды, ужаса и отчаяния. Рот наполнился голодной слюной, когда над всеми этими запахами воцарился густой аромат крови. Молодой вампир не смотрел на господаря. Он и так каждой клеточкой ощущал мрачное торжество, дикую радость и стекающуюся со всех сторон силу…
Маринель словно от удара выпрямился в седле, когда гайдуки вытолкнули на залитый кровью луг черноволосую девушку в ярких обносках. Она что-то кричала своим палачам, но языка Маринель не понимал.
- Господин… Пощади. Такая красавица…
Марин сам испугался своей просьбы.
Влад тонко и недобро улыбнулся : « Кому красавица, а кому и конокрад».
Влад отвернулся от ученика и дал знак гайдукам. Последние душевные силы Маринеля уходили на то, чтобы смотреть, но не видеть. Очень долго сны молодого вампира тревожил запах крови, куски плоти на потемневших кольях, и неподвижная фигура господаря, на плечах которого оседает гроза.
Автор идеи и персонажей – Ozarielle.
Автор текста – Хильд.
20-29.05.2014.

@музыка: звуки грозы

@настроение: творческое, написательское

@темы: вампир, моя проза, румынские сказки, соавторство

22:58 

Старый знакомый

Зверь всегда видит больше.
В горах ночь приходит сразу. Не упреждает о себе туманами и длинными вечерними тенями. Только померкнет закат, и не разглядеть следов дня. В Карпатах ночь крепко держится за каждый куст и камень. Издавна поговаривают, что есть места, куда она торопиться особенно охотно и гостит чуть дольше.
Такие мысли гуляли в голове Маринеля, когда он смотрел на густеющую за окном темноту. Что-то принесет она? Марин прикидывал так и эдак, и не мог найти ничего худого в своем положении. По родным он скучал, но как-то вяло, по обязанности. Новая сила гуляла в его крови, новые знания теснились в голове. И разве не прекрасна жизнь, когда ты молод, умен и бессмертен ? По воскресной службе и назойливому жару солнца молодой вампир тоже не тосковал.
Правда, суровый нрав наставника пугал столько же,сколько и притягивал. Простит ли ему Влад вчерашнюю выходку? Да о чем он только думал? Вот, оказывается, и не думал ни о чем... Ну, как разгневается воевода : там и до кола недалеко, вампир ты или нет. От нерадостных мыслей Мррин втянул голову в плечи и поежился.
- Всю ночь собираешься таращиться в окно? И не скучно? Пойдем, ноги разомнешь и научишься кое- чему...
Марин судорожно обернулся на вкрадчивое, глубокое мурлыканье за плечом. И чуть не столкнулся с Владом. Господарь был чем-то очень доволен. Зеленые глаза ярко светились в сумраке комнаты, губы складывались в довольную улыбку. Кажется, наставник совсем не был сердит на Марина. И даже позволил ученику мимолетно коснуться своей руки.
Оказавшись во внешнем дворе замка, Влад повел ученика к калитке в воротах. Привычные гайдуки только кротко поклонились.
А лошади?- попробовал напомнить Маринель.
- Идти совсем близко. Да, и лошадям твои новые знакомцы не по вкусу,- в глазах и голосе старшего спутника сквозило лукавство.
Марин не решил и дальше продолжать вопросы и молча следовал сквозь ночную тьму навстречу неизвестной цели.
Ночь для его бессмертных глаз напоминала дорогой отрез пурпурного иранского шелка. Не черная, но полная синих, темно- изумрудных и серебристых оттенков. Яркая, почти полная луна следила за молодым вампиром насмешливым глазом, и Марину почему-то хотелось поднять лицо к небу и смотреть- смотреть... Вместо этого он все дальше углублялся в старый буковый лес. Идти между вековыми исполинами было легко. Ни один камень, ни одна коряга не попались под ноги. Лес дышал и жил. Маринель повернул голову на отчетливый треск в корнях ближайшего дерева и с удивлением разглядел мышь. Вампир еще не вполне привык к тонкости слуха и ожидал увидеть крупного зверя.
Влад остановил ученика около старого бука с вывернутыми из земли корнями и заливисто свистнул. Так, что Марин аж подскочил на месте. Мгновение после стояла тишина. А потом ее разбили высокие плачущие голоса. Один, три ... множество. К старому дереву со всей округи шли волки. Матерые старые звери с седыми загривками, осторожные молодые волчицы, не знающие опасности и от того бесстрашные переярки. Глаза зверей мерцали и казалось, что звездное небо опрокинулось на землю. Невольно Марин вжался спиной в ствол дерева ,хватаясь за кинжал.
Вокруг Влада уже крутилась пара больших серых зверей, тыкалась лобастыми головами в ладони, радостно урчала. Господарь что-то тихонько втолковывал волкам, и они внимательно слушали, только что не кивали в ответ. Несколько минут спустя хищники лежали и сидели везде, сколько можно было разглядеть. И Марин устал бояться. Волки не нападали и их можно было принять за свору больших дружелюбных посв. Еще мальчишкой Маринель нашел в лесу силок с угодившим в него волчонком, пожалел и освободил звереныша. А после носил спасенному то пирог, то кусок мяса, пока об этом не прознал отец Марина. Ох, и выпорол он его... Ни тогда, ни сейчас Марин не жалел о сделанном.
Словно в ответ на его мысли от стаи отделился огромный матерый волчище и направился прямо к Маринелю. Зверь уселся подле него и подал лапу, совсем так, как это приучены делать собаки. Неожиданно для себя молодой вампир признал в почтенном хозяине пущи того самого неудачливого волчонка. Марин робко потрепал острые уши; зверь тихо и ласково ворчал в ответ.
Подобравшийся к ошеломленному ученику Влад довольно улыбался :
- Признали друг друга, вот и хорошо!
Для носферату волк - что гончая для человека. Волки всегда придут на зов и исполнят твою волю. Пока ты еще молод и слаб и можешь призвать только вот этого, может, волчицу его и все. Но служить он будет лучше любого пса и человека. Понял? Запомнил? Тогда пошли. Ночь уже хвост показывает.
Небрежным жестом Влад распустил своих серых прислужников, и они тут же исчезли из виду.
А Маринель всю дорогу к замку давал себе слово прилежно учиться и как можно скорее набрать силы. Уж очень и ему хотелось так же справляться с хищниками.
Автор идеи и персонажей Ozarielle , автор текста Хильд.
1-14 05.2014

@музыка: Звуки ночного леса

@настроение: написательское , творческое, ночное , довольное

@темы: соавторство, румынские сказки, ночь, моя проза, внутренний лес, волки, вампир

00:03 

Ночь Тайн

Зверь всегда видит больше.
Вторая вампирская история в соавторстве. Мне полезно дышать воздухом средневековой Румынии. И у меня волшебный соавтор :)

Солнце укрылось за горными вершинами, поросшими густым буковым лесом. Где-то чуть поодаль сверкало гибкое, стремительное тело реки. Капризный Арджеш то прыгал с камня на камень, то протискивался между валунами подобно сказочному змею.
Марин вытянулся на нагретых августовским солнцем камнях дозорной площадки. В орлином гнезде не выставляли часовых : мрачная слава хозяина этого места охраняла намного крепче мечей и копий. Конный не подберется к гордым стенам Поенари. Любой конь переломает ноги на крутых склонах. Пеший сгинет в лабиринтах коварных, богатых на осыпи и трещины тропок.
Юноша не до конца привык к своему новому дому и его секретам. Еще меньше привычки было к новым возможностям. Марин вспомнил, как впервые очнулся в холодных, выстланных дорогим мервским мрамором подвалах замка. Как вскинулся со своего ложа- широкого саркофага с низкими стенами. Дорогой восточный ковер, покрывавший камень, не мог впитать в себя весь холод. Тем не менее, Марин не мерз. Он недоуменно осмотрел свои руки – кожа приобрела тот молочный оттенок и нежность, за которым безуспешно гонялись красавицы. Ногти вытянулись и заострились, став похожими на острые сколы перламутра. Из всей одежды на нем остались лишь штаны, перепачканные бурыми пятнами подсохшей крови.
Марину смутно грезилась битва, лес, мотающий лохматыми ветвями, боль от раны и темнота. А потом какая-то иная боль. Словно в его теле не осталось ни одной целой косточки и жилки. Словно оно- старая тряпка в руках нерадивой прачки… И никакого следа от удара турецкой сабли не осталось. Глаза отказывались верить, но чуткие пальцы говорили именно об этом.
От загадок и размышлений молодого человека отвлекло чувство голода. Как никогда острое и ощутимое. Оно зудело у самого сердца, наполняло сознание серой мутью… Марин облизнул губы и почувствовал, как рот наполняется солью с привкусом меди…
- Я спас его от турецкой сабли, так он решил уморить себя голодом!- глубокий и звучный голос перекатывался волнами под сводами из дикого камня.
Тени расступились, как почтительная свита, и в подвал шагнул Влад. На господаре был простой охотничий наряд из темного бархата. Только недобро поблескивала у ворота брошь с рубином цвета голубиной крови.
Маринель попытался отдать церемониальный поклон и не удержался на ногах. Потемневшими от страха глазами Марин смотрел на господаря. А тот мягко подбирался все ближе. Не было слышно шума шагов и шуршания ткани. Страх придал Марину сил, чтобы вскинуться на ноги.
Влад одобрительно кивнул, глядя на то, как его подопечный пытается справиться с собой.
- Ты так и собирался всю ночь просидеть в подвале, наедине с незнанием и голодом? Не слишком хорошая компания… Запомни, таким как мы уморить себя голодом очень легко. Особенно в первые годы после перемены… Э, да ты скоро совсем свалишься, звереныш! Сокола сначала кормят, а потом натаскивают на добычу, иначе он ничего не поймает…
Голос Влада свивался в сознании Марина дымными кольцами, и сам он был легким и почти прозрачным как дым. Отступили куда-то массивные своды… Марину казалось, что его несет темный, холодный поток, от которого сердце покрывается коркой льда ,и высыхают все жилы.
Что- то темное и теплое упало ему на губы. Маринель облизнулся и понял, что ничего вкуснее есть ему не приходилось. Каждая новая капля наполняла его силой, звенела , пела и обещала сказочные чудеса.
Вдруг его чувствительно встряхнули.
- Будет с тебя! Кровь бессмертных как вино. Кружит голову, веселит сердце и уводит прочь от голода. Но сытости не дает.
С недовольным ворчанием Марин отпрянул и встретился глазами с Владом. Тот зализывал аккуратно надрезанное запястье. Мгновение, и под изумленным взглядом юноши края раны сошлись, явив безупречно чистую кожу без следа шрама.
- Но… почему? Кто я теперь?- в голосе неофита волнами плескался страх.
- Пойдем, охота подождет одну ночь, а тебе нужно многое узнать, Марин.
Влад мягко поманил за собой ученика. Маринель тряхнул головой, пытаясь избавится от ощущения ласкового, легкого касания где-то у самого сердца; и последовал за Владом.
В замковой библиотеке уже ждали растопленный камин, груда ярких подушек на восточный манер и ворох шкур. Маринель обнаружил там же дорогой и чуть великоватый костюм из атласа пурпурного цвета.
- Хватит щеголять лохмотьями! Это не пристало слуге господаря. В твоем нынешнем виде тебя и показать кому стыдно…
Влад добродушно ворчал и щурил зеленые глаза на огонь. Марину при взгляде на господина припомнился огромный черный кот. Очень опасный , несмотря на внешнюю ласковость.
Торопясь и путаясь в петлях Марин переодевался и слушал наставника. Влад говорил о том, что в разных землях их именуют по- разному : стригоями, бурколаками, вампирами, благородный язык латинян дал им прозвание носферату- не мертвые. В этом и суть. Старость не коснется того, кто прошел через перерождение, равно как старость, болезни и уродство. Цена же за силу и долгожительство простая- человеческая кровь и отказ от солнечного света.
Маринель зачарованно слушал, все ближе придвигаясь к Владу, чтобы не упустить ни единого слова. Он любил учиться, будучи человеком, с переменой сути тяга к учению не покинула его.
Невольно молодой вампир попытался ухватить своего наставника за запястье. Слишком ярко манило золотое тепло нечеловеческой крови.
И тут же оказался отброшен к стене. Сверху ошарашенного Маринеля приложил какой-то старинный кодекс в золотом окладе. А в лицо ему свирепо скалился Влад. Человечность сошла с него так, как сходит снег по весне.
Глаза светились двумя болотными огнями , острые длинные клыки больше не скрывала тонкая усмешка. Кожа истончилась и под ней проступили кости черепа.
-Запомни, мальчишка, я никому не добыча! Тем более, не своим слугам! Прочь с глаз моих! Чтобы до следующего заката я и следов твоих не видел.
Когтистая лапа больно хлестнула по щеке, оставляя глубокие борозды.
Какое-то время Маринель недоуменно оглядывал опустевшую библиотеку. Затем аккуратно положил на низкий столик тяжелый том и поплелся в крипту. От чего-то на душе было тепло. Хоть господарский гнев и обдавал затылок тяжелых дыханием матерого зверя.
Автор персонажей и идеи- Ozarielle. Автор текста- Хильд
19-20.04.2014/b>

@музыка: Легион- Ночь

@настроение: довольное, ночное

@темы: вампир, кровь, моя проза, ночь, румынские сказки, соавторство

20:31 

Шаг в темноту

Зверь всегда видит больше.
У истории , которую я хочу показать, есть предыстория.Здесь, на Дневниках я познакомилась с замечательной художницей Ozarielle и ее персонажами. Автор призналась мне, что у нее руки не доходят до литературного описания персонажей, и я предложила свои услуги. Почему я это сделала? Из желания отблагодарить автора, чьи арты мне невероятно понравились. К тому же-это уникальный и очень интересный мне формат соавторства. В третьих, Тень Влада Третьего Басараба давно тревожила меня. Я вальсировала вокруг, но все не решалась, и образы, воплощенные Ozarielle, мне невероятно помогли.
Вот результат сотворчества.


Лето в валлашской земле- благодатное время, спелое , золотистое, благословенное и знатью и простым людом. А как заливаются в заповедных пущах летними ночами соловьи! Себя не помнят маленькие серые певцы, чаруя людские души.
Лето господне 1456 года выдалось иным. Оно пахло гарью и кровью, смрадом мертвых тел. Замолчали соловьиные трели. Вместо них чащи наполнял звон оружия, бряцание упряжи, злое ржание перепуганных лошадей и стоны раненых. Война тяжелым молотом обрушилась на прежде мирные земли. Огромное войско привел богопротивный султан турок в христианские земли. Янычарские полки текли через Дунай, сами уподобляясь железному потоку.
На защиту христианских земель от Великой Порты поднялся воевода Влад. В ярости своей, в желании свободы и власти, ему достало сил отбросить многотысячную армию Сулеймана за Дунай. Сам наместник Христа в Риме благословил меч Влада и объявил его воином во славу святого престола. Но в народе шептались, говорили всякое. Говорили, что жестокий, сумрачный нрав Влада таков, что не лучше ли будет жить под зеленым знаменем султана. Тот заберет каждого десятого сына. Воевода же требовал под свои знамена всякого отрока, достигшего тринадцати лет от роду. И не каждому дано было пережить свое первое сражение. Поговаривали, что не божьим благословением побеждает господарь, но с помощью проклятого искусства, которому научили его бесы. И сам он им подобен.
Обо всем этом думал изящный, светловолосый юноша, нервно перебирая в пальцах точильный камень и подправляя дорогой меч с берегов Рейна. Легкий и удобный, он тяготил молодому воину руку. Марин Кроитору кожей чувствовал, как чуждо ему все это. Место его не на войне, а на тихих университетских скамьях, за книгами. Он всегда испытывал тягу к книжности и учению. Невиданное дело, семейный духовник не мог надивиться на его успехи в письме и чтении. Правда, родителей печалило слабое здоровье сына и полное нежелание принимать участие в забавах сверстников. Пирушки, ловля с соколом или травля крупного зверя собаками не вызывали у Марина восторга. Скорее, отвращение. Как и военное ремесло.
Упросив родителей выдать ему невеликую долю в семейном капитале, Марин отправился в далекую Богемию, обучаться под сводами старинного университета. Особенно увлекали молодого дворянина науки о тайнописи и тонкое искусство дипломатии. Преподаватели пророчили даровитому студенту остаться под сводами университета, но вышло иначе.
Год назад Марин получил письмо от отца. Дела пошли худо, писал старый Ион. Семейная рента с торговли овцами совсем ничего не приносит. Купцы боятся ходить караванами в Валлашскую землю. Шерсть без толку гниет на складе… и денег все меньше… Вот, если бы Маринель вспомнил о своем долге перед родными и пошел на службу к господарю… Влад хорошо платит своим гайдукам.
По тону письма Марин понял, что его возвращение-дело решенное. И с тяжелым сердцем отправился на родину. Повсюду ему встречались приметы войны : засыпанные колодцы и вырубленные сады, пустые селения и бредущие по дороге беженцы.
Как-то раз на Марина выскочил отряд злых гайдуков на заморенных, исходящих пеной и трудным дыханием лошадях. Бывший студент ничего и сказать не успел, как оказался связан и брошен поперек конской спины. В таком плачевном виде он и был доставлен в ставку господаря.
К счастью, Влад Марину поверил. Коротко и сухо опросил его на об умениях и способностях. Велел далеко не отлучаться и приставил к своей особе писцом. Что не освобождало от ночных вылазок, необходимости держать в руках меч и терпеть норов злобной и непослушной вороной кобылы, прозванной среди гайдуков Тучкой. Бывалые воины в насмешку подсунули новичку нервную, пугливую лошадь. Знали бы они, чем это закончится… Знал бы сам Марин…
От воспоминаний Марина отвлек условленный, троекратный вой. Он сам посоветовал господарю не тревожить турок звуком сигнальных врагов. Теперь армия Влада передавала сигналы волчьи воем. Простые воины не очень-то любили Марина и за сложную эту придумку, за ученость и нежное, почти девичье сложение. Шутили, что иначе, как со скамеечки, ему и в седло не сесть.
Молодой Кроитору сам уже ненавидел эти тоскливые завывания. Значит, опять в седло, на спину капризной твари, опять на свидание со смертью. Марин со вздохом направился туда, где чернели предрассветных сумерках лошадиные тени.
Дальнейшее он помнил смутно… Огонь факелов, две схлестнувшиеся сталью волны, перья на чалмах, флажки на копьях. Визг лошадей, которым распороли брюхо и крики людей, чьи кости перемалывали кованные копыта. « Не упасть, не упасть»- пульсом билось в висках. Тучка вела себя особенно мерзко : не слушалась повода, крутилась на месте, упиралась… Сражаясь с упрямой скотиной Марин не заметил вовремя подскочившего к нему сельджука на тонконогом невысоком коньке. Стремительно хлестнул поперек груди изогнутый клинок сабли. Пришедшая разом боль смела все, даже страх смерти. Крепкая рука не дала юноше завалиться под копыта бешено вертящейся лошади. На него смотрел сам господарь. В темных зрачках плясало пламя. Или они сами светились как у дикого зверя? Над ухом Марина прозвучало : « Проживи до конца сражения – и я не оставлю тебя умирать». Больше Кроитору ничего не помнил.
Сознание вернулось к нему вместе с болью. Шум сражения отодвинулся куда-то, над головой смыкались ветви деревьев и последние звезды готовились погаснуть в светлеющем небе. Марин лежал на расстеленном плаще и кто-то осторожно, но решительно срезал с него окровавленную рубашку. Самое мелкое перемещение причиняло невыносимую боль.
Влад поймал мутный от боли взгляд Марина и коротко сказал : «Я же говорил, что приду». Затем господарь вновь погрузился в молчание, он внимательно осматривал глубокую рану, между краев которой страшно блестела голая кость. Нахмурившись, он поднес к губам юноши флакон из темного стекла и почти насильно влил тому в горло какое-то горькое питье. Боль чуть отступила, и от этого особенно четко и страшно зазвучал глубокий, спокойный голос Влада :
- Ты ведь знаешь, с такой раной долго тебе не прожить…человеком. Но я не оставляю без награды тех, кто мне верно служил. Ответь, хочешь ли ты служить мне и дальше? Готов ли ты проститься с семьей, с дневным светом … и с суевериями.
Насмешливо улыбаясь, Влад поддел кончиком кинжала тонкую цепочку с распятием на шее Марина. Так, готов ли ты следовать за мной?
Марин попробовал разлепить пересохшие губы или кивнуть, но сил не было и на такую малость .
- Я и так знаю ответ. Это решение только твое. Не бойся же, и иди со мной след в след… Мы перейдем ночь как реку. И обратного хода не будет
Марин успел увидеть, как блеснули в острые, нечеловеческие клыки , прежде чем Влад легким касанием закрыл ему веки, как это делают с умершими.
Где-то рядом и совсем в другой жизни шумел лес и звезды хищно мерцали,
заглядывая в сердце леса, где над добычей пировал ночной хищник.
Автор текста-Хильд. Автор идеи и персонажей- Ozarielle


14-15.04.2014

@музыка: Какая-то гипотетическая балканская этника

@настроение: совершенно счастливое и гордое

@темы: вампир, румынские сказки, кровь, моя проза, ночь, соавторство

Волчьи тенета

главная